Популярные новости

  • Пищевая зависимость как элемент подавления воли людей
  • Йеллоустоун вебкамера
  • Земля из космоса (HD)
  • Этот фильм запрещен в 36 странах мира
  • Карта из Ватикана
  • Предсказания РАНЬО НЕРО
  • Божественная мелодия
    Загрузка...
Мобильная версия сайта
Добавить сайт в закладки
Читатели рекомендуют

Подписаться

Твиттер



Велимир. Книга: Дар шаманизма — дар волхования.
Велимир. Книга: Дар шаманизма — дар волхования.

Велимир - глава языческой общины "Коляда Вятичей", проживает в Москве. Активный язычник-шаманист.
Скачать книгу:
Dar_shamanizma_-_dar_volhovaniya.txt [560,71 Kb] (cкачиваний: 91)




Велимир

Дар шаманизма — дар волхования




Интерес к шаманизму


1. Шаманизм загадочен. Он привлекает возможностью войти в другие миры и почерпнуть новые, свежие знания. Шаманизм видят как возможное оружие духовной власти, и как путь самоутверждения человека, идущего по жизни через мистический поиск.
Начнем с установления понятия шаманизма. Разные люди вкладывают в него разный смысл и часто до хрипоты спорят, отстаивая свои представления. Это связано с тем, что в рамках современной цивилизации места для шаманизма не осталось, а сам он рассматривается как нечто изолированное от обыденной жизни. Цивилизация смотрит на шаманизм как на явление чуждого ей дикого разума. Поэтому мы исключим такого цивилизованного наблюдателя, а оставим такого, который, подобно человеку древней эпохи, добровольно берет на себя те правила и отношения, которые появляются в мире шаманизма.
Чтобы понять шаманизм, будем исходить из первобытного понимания мира, в котором все явления и все знания человека увязаны в единую целостную картину, и человек не хочет отделять себя от Природы. Для нас, новым в этой картине является позиция исследователя, который, видя новое явление, оказывается в какой-то степени сам его творец и участник. И более того, понять это явление возможно только приняв в нем участие.
В картине первобытного мира, шаманизм не может рассматриваться как нечто изолированное. Он, как и все остальное, слит в единое целое. Поэтому, беря какие либо подлинные фрагменты древнего знания, мы обязательно обнаружим их связь с шаманизмом.
В таком, на наш взгляд единственно верном подходе, шаманизм оказывается крайне многоликим явлением. Так оно и есть в действительности.
Узлом всей этой многоликости является то, что шаман — вхож в мир духов, имеет в нем какую-то власть. Вхожий — означает буквально вхожий. Это тот, кто способен к сознательному движению в мире духов. Здесь этот мир называется третьей реальностью. Без посещения этого мира нет шаманизма. Но есть еще и второй момент, который не принципиален для самого шаманского действия, но зато очень существенен для практики шамана. Это благосклонность общества к шаману. Доброжелательность общества имеет значение не только потому, что в таком обществе шаман востребован и его существование находит социальный смысл. Признание обществом, племенем, деревней за человеком статуса шамана оказывает ему помощь в работе с духами, ибо создает благоприятный фон этой деятельности. Для не очень сильных шаманов, этот фон может определять успех камлания, подобно тому, как зрители могут вдохновить артиста.
В таком признании есть своя доля условности. Шаман должен подтверждать свой статус одеждой и обрядовым поведением. Если сегодня общество признает за человеком способность общаться с духами, то оно рассуждает по следующей формальной схеме. Если, вызывая духов, человек облачен в маску и специальное одеяние, стучит в бубен и поет, то он, скорее всего, шаман. Если, вызывая духов, он просто сидит в прострации или катается в ночи по земле с завязанными глазами и рычит; то он не шаман вовсе, а психопат. Иначе говоря, культурная традиция и мнение социума, диктует характер используемой шаманом техники, хотя то же общество допускает и вариации в методах шаманской практики.
Итак, под шаманом мы будем понимать человека, который во-первых, работает с духами в традиционной для своей земли и своего народа магической технике. Во-вторых, шаман умеет погружать себя в особое состояние сознания, в котором у него возникает диалог с духами (и сознаниями членов своей общины). В-третьих, у шамана обычно складываются устойчивые отношения с группой духов. Они приручены к нему, выполняют для него магические задачи, а он так же выполняет для них некоторые услуги. В частности, систематически их «кормит». Эта группа может состоять только из одного духа. В-четвертых, для достижения целей своей практики, шаману очень часто приходится путешествовать вместе с духами как в реальном мире, так и в пространстве третьей реальности.
При этом, видит шаман духов или не видит, общается ли с ними во сне или наяву, стучит в бубен или нет, поет песни или нет, одевает ритуальную одежду или нет, устраивает из своего камлания театрализованное представление или нет, показывает трюки или нет, впадает в шаманский экстаз или не впадает, принимает галлюциноген или нет, сильный шаман или слабый — это все определяется индивидуальностью шамана и его традицией, и может быть использовано для создания наукообразных различий внутри группы людей, которую мы тут назвали шаманами.
2. Поскольку для шамана необходимо наследование традиции, а так же культурная и духовная связь с единоверцами, то легко понять, что современное общество предполагает кризис шаманизма. Возникает естественный вопрос: что современное общество интересует в шаманизме? Безусловно, он привлекает внимание спецслужб как экзотическая техника изменения сознания. Но этот вопрос имеет тайный характер, и по этому не является критерием проявления общественного интереса. Сегодня интерес общества к шаманизму — в значительной степени интерес досужий. Но есть и глубинные причины. Шаманизм относится к числу утраченных возможностей, по которым люди переживают ностальгию. Очевидно, люди возвращаются к шаманизму потому, что он требуется для удовлетворения каких-то биологических потребностей.
На наш взгляд, шаманизм уравновешивает отношения человека с обществом и с Природой. И именно потребность в гармонии таких отношений (в модели: моя семья — лес и моя семья — общество) оказывается главной причиной обращения к шаманизму. Эта потребность тем острее, чем глубже в лесу стоит ваш дом, либо чем дальше общество уходит по пути технического прогресса. Прогресс (как после ледниковой эпохи лес) удалил людей друг от друга. И он же отстранил людей от Природы как естественной среды обитания.
В среднем, в России, люди ушли не так далеко по пути технического прогресса. Поэтому мы пока не находим потребности разрешать через шаманизм проблемы нашего сознания и жизни вообще. Мы все еще можем почувствовать связь и родство со своей землей. Бессознательно, мы еще проводим параллель между явлениями Природы и своими переживаниями. У нас эта потребность удовлетворяется традиционными культурными побуждениями, которые к шаманизму относить не принято. В число таких культурных побуждений сегодня попадает созерцание Природы, хождение по лесу.
В прошлые века, самым существенным путем единения народа и преодоления шаманизма у нас была хороводная культура и коллективное пение. Тот, кто ходил в хороводе и пел вместе с другими — знает, что это ведет к временной утрате человеком своей индивидуальности и слиянием всех участников в единый духовный организм. От этого происходит благодатное изменение сознания, которое упорно рассматривается культурой не как этап шаманского камлания, а как конечная цель действия. Между тем, наш опыт заставляет читать, что дальше, за хороводным изменением сознания, буквально лежат новые миры, достижение которых уже требует разрушения обезличенности участников и концентрация всех на одном солисте — шамане. При этом с некоторой кульминации хороводного движения, шаман начинает свой полет, а остальные участники хоровода его в этом поддерживают.
Сегодня прекрасная хороводная культура погибла не только потому, что его запрещали в советское время, но и потому, что в обществе увеличилась информационная нагрузка. Русский шаманизм мог бы выразиться через хороводную культуру. Но исторически получилось так, что он целиком отстранился от хороводной культуры, и ушел на уровень колдовства, где хоровод и коллективное пение едва ли практиковались. О шаманизме в русском колдовстве будет говориться ниже.
С другой стороны, потребность в шаманизме компенсируется пьянством. Это было бы смешно, если бы не было столь серьезно. Т. Маккена в своей книге «Пища богов» вообще полагает, что особенности всякой цивилизации определяются видом ее наркотических средств. Для Европы и России — это алкоголь, табак и сахар. И по его мнению это принципиально не способствует развитию шаманизма.
Наш опыт показывает, что алкоголь способствует вхождению в шаманское состояние сознания, чему вообще может способствовать любое вещество, на которое у шамана выработался условный рефлекс. Существенно, что шаманская доза алкоголя обязана быть не большой. Она сравнима с дозой, которую принимает иной артист перед выступлением. В пользу того, что алкоголь в России подсознательно считается средством, способствующим общению с духами, говорит обстановка его принятия: в России очень любят пить на природе, у воды. Но при этом, шаманская доля алкоголя многократно перекрывается. В результате, алкоголь из средства высвобождения подсознательных переживаний и стремлений, превращается в их разрушителя.
На Западе ситуация иная, чем в России, хотя пьянство как механизм подавления требований глубин человеческого сознания так же играет не последнюю роль. В отличие от русских, принимая алкоголь, западный человек значительно яснее представляет себя в пивной, чем на лесной поляне.
Западная цивилизация сегодня находится в состоянии коллапса. Запад ощущает потребность в психических компенсаторных механизмах даже более остро, чем мы. Именно поэтому на Западе так востребованы психологи и психоаналитики. В частности, к решению проблем западного сознания привлекаются и возможности шаманизма. Но привлекаются, разумеется, по своему — по западному.
Так, западная фармацевтическая медицина, в целом, лечит лучше, чем это могут сделать шаманы. И Запад не ставит себе задачу извлечь из шаманизма ту целительскую пользу, на которую рассчитывают соплеменники шамана на Камчатке или Алтае. Запад добивается ее другими методами, но при этом его интерес к шаманизму огромен. Там написаны сотни трудов, которые возникли в результате как академического, так и не формального изучения шаманизма. Делается упор на понимание шаманизма изнутри, делаются попытки овладеть им, создать школы.
С другой стороны, изучение шаманизма ограниченно самими принципами западной цивилизации. Западная мысль по-своему могуча, но и по-своему беспомощна. Шаманизм рассматривается ей как нечто дающее увлекательную игру ума, как эзотерическое наслаждение, как средство психотерапии для копания в своем «Я». Между тем, действительный шаманизм это обязанность беззаветного служения, тяжелое бремя и риск.
Среди переведенных у нас авторов и апологетов идеи современного шаманизма стоит упомянуть Кастанеду с его «Учением Дона Хуана», Роджера Уолоша, автора книги «Дух шаманизма», изд. Москва, 1996 г, Харнера с книгой «Путь шамана», которая является наставлением по шаманской практике, перенятой у шаманов Латинской Америки. Фрагменты этой книги изданы в сборнике «Магический кристалл», Москва, 1994 г. Пока остается мало замеченной, книга Ф. Косырева «Основы языческого миропонимания», изд. Ладога-100, 2003 г. В этой книге автор описывает жизнь, быт, практику, философию, религию и социальное значение сибирских шаманов. По содержательности эта книга превосходит все западные издания, которые на ее фоне выглядят просто суррогатами.
Однако, по естественным причинам западные исследователи оказались впереди решения проблемы постижения сути практического шаманизма. У нас, даже сегодня, многие исследователи, понимая вопрос, молчат, поскольку боятся за свою научную репутацию. Тут ничего не поделаешь. Хотя над наукой сейчас и не довлеют политические запреты, но у нее есть свои законы развития. Чтобы этнографическая наука смогла связать себя с этнопсихологией, с психологическими и медицинскими результатами исследований иных состояний сознания, и чтобы должным образом изменилось мировоззрение ученых — нужно время. Известно, что господствующие взгляды в науке меняются лишь со смертью их создателей, либо позже, но никак не раньше. Исходя из этого, нужно ожидать качественно новых российских исследований шаманизма только через несколько десятилетий.
3. В первобытной культуре шаман ответственен перед богами, перед своими духами, предками и теми людьми, которым он взялся помогать. Эта ответственность не есть ответственность перед законом, в ней нет юридической стороны. Эта ответственность восходит к мифологии, и религиозным представлениям о призвании шамана и его месте в мироздании.
Вот эту ответственность, которую шаман не регламентирует, Запад понять не может, поскольку он слишком далеко ушел от своих природных начал. Он не сможет понять ее еще и потому, что генетически народы Запада более корыстны и прагматичны, чем славяне или те первобытные народы, у которых шаманизм до сих пор уцелел. Магия Запада всегда имела единственную цель — обогатиться и обрести власть над миром или над какой-то его частью, пусть даже над отдельными людьми. Эта цель глубоко эгоистична.
Запад видит в шаманизме технику экстаза. А сам шаман находит в своем деле тяжелую обязанность исполнять волю предков, и этим хранить мир в равновесии. Именно про технику экстаза он ничего не знает, хотя владеет ею. Сама такая формулировка его деятельности для шамана вульгарна и неприемлема.
Таким образом, Запад хочет понять шаманизм без души и без веры. Он пытается взять у шамане абстрагированную технику и совместить ее со своим коммерческим сознанием. Но это будет помесь «бульдога с носорогом». Появится что-то новое, а душа Запада от этого не исцелится и не получит удовлетворения. И так будет везде, где будут пытаться использовать технику без ее духовной составляющей. В этом и состоит трагедия того взгляда со стороны, от которого мы здесь отказываемся.
Запад обречен на несостоятельность в понимании шаманизма потому, что в основе его магиии лежит насилие. Шаманизм, как волшебную технику, Запад так же может видеть лишь как инструмент насилия. Между тем, в основе идеи шаманизма идея беззаконного насилия или господства отсутствует, хотя шаман и демонстрирует власть над духами. Этот парадокс мы раскроем ниже.
Нас будет интересовать то, что на западе называют техникой шаманизма, но душа будет интересовать не меньше. Ведь отправляется в шаманское путешествие именно она, и ее путь целиком определяется ее достоинствами.
4. Надо сказать несколько слов и о предрассудках девятнадцатого — двадцатого веков, которые связаны с представлениями о шаманах как об изощренных насильниках, лжецах, злодеях и слугах нечистой силы. Власть над духами делала шамана лидером племени, поэтому грамотные европейцы в первую очередь оценили шаманов как хитрых деспотов, управляющих посредством обмана.
В своей практике, шаманы демонстрировали и демонстрируют трюки для произведения впечатления на соплеменников. Соплеменники действительно видят чудо. Но, при этом, конечной целью действительного шамана является не именно это чудо, а высвобождение психической энергии соплеменников, происходящей при их удивлении, восторге или страхе. Цель трюков — возбудить воображение соплеменников, заставить его работать вместе с шаманом. В этом случае срабатывает мало изученный эффект коллективного психического действия, которое направляет шаман.
Шаман действительно работает с духами. В этом никакого обмана нет, поскольку результатом его камлания оказывается либо мудрый совет, либо дело, которое приводит к успеху. Психически шаман самый сильный член своего общества, привыкший к действиям в экстремальных условиях. Он играет роль стабилизатора племени в критический момент его жизни. Этим сама его деятельность абсолютно оправдана. Она не сводится к одурачиванию народа.
5. Теперь скажем несколько слов по поводу возможности шаманского злодейства. У народов Сибири есть разделение на белых и черных шаманов. Белые шаманы служат богам Неба. В актах камлания, белые шаманы подымаются в небеса, вверх. Черные шаманы служат богам Земли и подземелья. Они, во время камлания, опускаются вниз. Такое разделение вовсе не означает, что черные — плохие, а белые — хорошие. Обвиняющие шаманов служители христианского культа, тоже имеют разделение на белых и черных.
Путешествия вниз оказываются более эффективными, чем вверх потому, что людям от природы, более естественно падать, чем взлетать к облакам. Этот наш естественный психофизический опыт имеет свою проекцию на особенности шаманского путешествия. Кроме этого, путешествующий вниз шаман раскрепощен, а двигающийся вверх повязан этикетом традиции. Земля ближе и доступнее человеку, чем Небо, и божества Земли могут легче понять и найти оправдание поведению человека. Поэтому черные шаманы более свободны, чем белые. И поэтому черные шаманы оказываются более сильными.
Если белым шаманам естественны жреческие функции, (жертвоприношение, гадания, словесные обращения к богам в обыденном состоянии сознания), то черным шаманам ближе психическая импровизация, сражения с духами и волевое решение стоящих перед ним проблем. Собственно шаманами оказываются именно черные шаманы. Лечат людей черные шаманы. Белые шаманы — шаманы лишь номинально, в действительности они служители культа, который удерживает мироздание в равновесии и покое.
Другая причина, по которой черные шаманы оказываются сильнее белых, заключена, в самых общих чертах мифологии близких к нам архаических народов, Небо господствует над Землей, и боги Земли находятся в конфликте с богами Неба. Мы еще будем говорить об этой мифологеме. Правящее Небо находится в покое властителя, а подчиненная Земля ищет союзников. Таковыми союзниками оказываются черные шаманы.
При этом, перед черным шаманом открываются несколько путей. Первый, это работать над удержанием Земли и Неба в равновесии, как бы быть послом от Земли к Небу. Здесь черные дополняют белых шаманов. Второй, это противостоять на Земле всем силам Неба. И третий, это решать собственные проблемы, к которым Небо отношения не имеет.
Если в первом случае, черный шаман играет роль «доброго волшебника», который разрешает конфликты, то во втором случае, шаман становится «сатанистом», стремится подавить и подчинить себе все живое. В этом случае, высшей целью и смыслом жизни шамана оказывается власть. Этнографических данных о таких мятежных шаманах почти нет. Но сама такая возможность от шамана не закрыта. Каким быть черному шаману: добрым или злым — это определяется внутренней сущностью ставшего шаманом человека. Насколько можно судить, в каждом черном шамане, с неизбежностью должны жить, сглаженные традицией, оба этих противоположных начала, и все зависит от того — какому из них отдается предпочтение.
Собственно, поведение шамана является обычным поведением человека, наделенного властью и магическими возможностями. Нужна высокая нравственная позиция и ответственность перед высшим началом, чтобы в такой ситуации не оказаться подверженным пороку. Эту высокую нравственную позицию несет языческое учение, религия шаманов, которую называют шаманизмом.
В похожую, но более жесткую ситуацию попадают маги Запада. Об этом довольно прозрачно написано в недавно вышедшей книге Р. Кавендиша «Магия Запада», из серии «Свинкс», 2002 г., стр. 100–101.
Суть западной дилеммы в том, что бог для западного мага един. Этот бог выстраивает мироздание по закону пирамидальной иерархии. Когда маг дорастает до определенного уровня, так что он становится заметен на фоне божественной иерархии, перед ним встает выбор. Или начинать бороться против иерархии бога, и в конце концов потерпеть поражение. Или вступить в эту иерархию и лишиться индивидуальной сущности. Обе ситуации не переносимы, поскольку западный маг стремится к личной власти.
В силу этого, есть высокий уровень западной магии, после которого достижение все большей и большей власти оказывается невозможным. Относиться к этому факту можно с издевкой или состраданием. Нам кажется правильным отнестись по-философски. Магия Запада, какая бы она ни была: сильная или слабая, белая или черная, оказывается тупиком монотеизма. И она бессмысленна и страшна тем, что обнаруживает этот тупик. Посмертная участь западного мага — христианский ад.
Шаманизм, как практика языческих волхвов, не заперт монотеизмом в систему одномерного мышления, где есть либо власть, либо погибель. Шаманы соревнуются между собой, но шаманизм не ориентирует людей на власть как таковую. Шаман, как и западный маг, постигает мироздание. Но он лишь отстаивает свой мир, в котором творчески созидает, как всякая творческая личность. В мире языческой религии, он имеет право на свою пирамиду духовной власти.
В рамках европейской христианской культуры, такие характеристики как «черный шаман» и «путешествие в нижний мир», означают, что речь идет о слугах врага рода человеческого. Это оказывает влияние даже на атеистов. Поэтому, еще раз укажем, что характеристики цвета или направления путешествий не являются сами по себе достаточными для этического или нравственного вывода. Этнографическим фактом является то, что магия запада — это форма религиозного бунта. Магия шаманов естественно укладывается в этические нормы их религиозного учения, которое, в свою очередь, регулирует отношения общества.
6. Остановимся на вопросе шаманской мифологии. Оказывается ее нельзя отделить от характера цивилизации, которая порождает шаманизм как религиозную практику. Путешествуя по землям России, автору удалось познакомиться с языческой верой коми, манси, алтайцев, чувашей и мордвы. Есть все основания считать, что основа их мифологии является общей, и восходит к древней цивилизации, которая охватывала территорию сегодняшней России более двух тысяч лет назад. В прошлое эта цивилизация простирается на десятки тысяч лет. Ее сегодняшним духовным наследником являются так называемые угро-финские народы. Эту цивилизацию принято называть матрической (матриархатом), поскольку жилье и производство одежды было сосредоточено в руках женщин. Мужчины повсеместно занимались охотой и ловлей рыбы. Земледелие же оказывалось не характерным. Сегодня этот образ жизни повторяют народы Севера. И фактически он распространяется на все таежные территории.
Матрическая цивилизация характерна малой плотностью населения, отсутствием рабства и развивающейся промышленности. Эта цивилизация не знала убийства ради присвоения собственности. Человеческая жизнь была в ней самой большой ценностью. В основе цивилизации лежал родовой принцип и родовая традиция. Темпы развития этой цивилизации были неизмеримо медленнее сегодняшних. Направление развития этой цивилизации было познание мира через волшебную практику. Героем этой цивилизации был не воин, сокрушающий чудовище, а первопроходец, познающий новые земли, или шаман, постигающий мир богов и духов. Мы рассматриваем эту цивилизацию как цивилизацию подлинной человеческой свободы, хотя возможности человеческого рода в ней кажутся нам сегодня очень ограниченными.
Принципиально важно то, что в мире этой цивилизации не было дорог, а были лишь реки. Именно по этому, вся эта громадная цивилизация не осознавала своего существования как единого целого. Тем не менее, за тысячи лет, она унаследовала мифы ледниковой эпохи и отшлифовала их. По одной ветви этих мифов — миром владеют две богини лосихи или оленихи, которые и породили весь Мир. Теперь одна из них продолжает давать жизнь, а другая забирает. По другой ветви, Миром управляют мужские божества Неба и Земли, и люди находят свое место в системе их отношений. Именно эта мифологическая идея получила дальнейшее развитие.
Совсем иная ветвь цивилизации — арийская. Она возникла вне лесов, в результате возможности свободного перемещения сперва по тундре, а потом по степи в избранном направлении. Арии осознали идею производства оружия для войны, идею человеческого неравенства и, идею эквивалентного товарного обмена между соплеменниками.
Историческая деятельность ариев свелась к захвату собственности у народов, не знающих арийских богов и данных ими норм отношений. Для этого потребовались концентрации больших масс людей в хорошо организованные орды. Роль организационного начала выполняла религия. Именно поэтому, арийский мир сложил пластическую, и в то же время, единую религиозную систему, дошедшую до нас в ведах. В арийской цивилизации, решающей фигурой оказывался не первопроходец или шаман, а воин — знатный кшатрий. Возможно, именно он и оказывается единственно свободной личностью в этой цивилизации. Свобода начинает становиться роскошью, начинает дорого стоить, перестает быть общедоступной.
Служители богов у ариев звались брахманами. Брахман исполнял гимны богу грозы и Неба Индре, для того, чтобы он помог кшатрию совершить удачный набег на иноплеменников.
Так, что если в матрической цивилизации, в критические моменты истории управляющей фигурой становился шаман, то для цивилизации ведической, главным оказывался кшатрий. И он решал — кормить ему брахмана, или нет.
Традиционно помня, что его место должно быть первым, брахман всегда противился такой участи. Борьба кшатриев и брахманов проходит через всю историю ведического мира. При этом, брахман, в значительной степени, уподоблялся шаману, когда принимал галлюциноген (сому) и начинал видеть, как огненные кони везут колесницу Индры. Но он уже оказывался не свободен в исходе своего религиозного дела. Он обязан был упросить Индру дать кшатрию победу. Другого исхода обращения к богам от него не ждали, и ни на что иное он не имел права. Поэтому богослужение ведической религии, хотя и предполагало полет и видение богов, но утратило смысл шаманской практики. Брахман имел творческое право на исполнение своего гимна, но свободно общаться с богами он уже не мог. Потому, в ведическом мире шаманизм отступил на второй план. Таковы особенности, лежащие в основе матрической и ведической цивилизации.
7. Ну, а мы кто? Несем ли мы в себе ведическую или матрическую традицию? Идеология государства Российского всегда имела ведический характер. Наша писаная история пронизана главенством кшатриев — главенством княжеской власти. Но являемся ли мы ариями изнутри, со стороны народной традиции?
Если мы задумаемся, берет ли свое начало русская традиция от арийской или матрической культуры, то легко увидим, что мы далеко не арии. Арийский дух нам понятен потому, что он оказался движущей силой нынешней цивилизации, ведущей в которой оказалась западноевропейская идея прогресса. Мы плохо вписываемся в эту цивилизацию. Она не наша. И мы, лишь по принуждению, поспеваем за ней. Наши духовные стереотипы из за этой цивилизации лежат в нас мертвым грузом. Они имеют матрическое происхождение.
Покажем основу нашего мифологического сознания, в котором хозяйствует женщина. Мы знаем богиню Мать — Сыру Землю, знаем Родину — Мать. Знаем, что смена времен года обязана тому, что миром управляют две богини. Они уже, не лосихи. Но одна из них старая и холодная — Зима, а вторая теплая, желанная — Весна, или Лето. Обе они попеременно владеют Миром, и все наши календарные праздники умещают в себе их взаимоотношения и деяния.
Вся задумчивость, созерцательность, беззлобность, иррациональность и щедрость русской души идет от матрического начала. Живи сам и дай жить другому. Вот принцип, который определил мирное расселение русского народа до Тихого океана. Все угро-фины веками обнаруживали, что русские — свои.
Наши сказочные герои — охотники и первопроходцы матрической эпохи. Но есть у нас и богатырские сказки, тяготеющие к ведическому началу. Собственно, русский — это и есть универсальный симбиоз матрического и ведического начала. В этом и заключена русская сила.
Здесь нас интересует матрическое начало, которое есть и начало шаманическое. По-русски, шаман — зовется кудесником, бубен — кудесом, а камалание — это кудесничество, камлать по-русски означает кудесить. Кам — название бубна у самоедов. Здесь мы не пользуемся нашими словами только по причине сложившейся терминологии. Кто такой шаман — сегодня представляют все, а кудесник — не очень.
Если в ведической традиции брахман славит и упрашивает Индру принести богатство, то в матрической традиции, шаман не выполняет заранее оговоренную функцию. Шаман стоит перед неизвестным миром. Всякий раз он оказывается первопроходцем, и исход его путешествия не ясен. Шаман имеет права на негативный ответ тем, кто попросил его о камлании. Таковой может быть воля богов. Шаман и посылается для того, чтобы узнать ее.
Мироздание, в котором воля богов заранее не известна, может быть только конфликтным мирозданием. Это значит, что в мире шамана, конфликт богов не исчерпан. В нем нет единого всевластного бога, который все всегда знает и решает на основе единого принципа. Иначе говоря, сама свобода шамана в поиске истины, предполагает, что никто в Мире не имеет на эту истину монополии.
Шаманическая картина мира, в основных чертах сводится к тому, что есть великий бог Неба, (или есть много небес и на каждом свой бог). Он чист, светел как серебро, преисполнен достоинств, и не имеет особого желания влезать в человеческие дрязги. Небесного бога могут звать по-разному: Тенгри, Торум, Верхотур, или Род.
Люди имеют душу — частичку, подаренную им богом Неба. Но тела людей сотворены богом или богами Земли. У разных народов их зовут по разному: Эрлик, Велес, Киремет или Чернобог. В некоторых мифологемах, люди провинились перед богом Неба. В других, — боги Неба и Земли оказались в конфликте. Поэтому человек, с одной стороны, оказывается не подвластен ни Небу, ни Земле. С другой стороны, и помогать ему в жизни, особенно не хотят ни небесные, ни земные боги.
Особенно далек от деяний людей бог Небесный. И хотя благодеяния его безмерны, случаются они редко. Проще добиться умеренных результатов у бога Земли и ее недр — Эрлика или Киремета. Это опасные боги, владеющие миром мертвых, но они дают и блага живущим, если к этому их расположить. Принести им жертвенный дар и попросить достойно. При этом, нужно еще до них и добраться, что как раз по силам шаманам.
К этой двухполюсной картине мироздания, добавляются и многие другие, менее значительные полюса или силы. Они обязаны другим богами и духам, живущими не в вертикальном, а горизонтальном мире. Поэтому в поиске ответов на жизненные проблемы, шаманы путешествуют не только по вертикали, но и в горизонтальном направлении. И все это оказывается естественным не только для угро-финской культуры, но и для русской.
Необходимую для русского кудесника картину творения Мира, согласно нашей мифологии, подробно опишем ниже. Здесь же, в подтверждение сказанных слов, вспомним, как наш сказочный герой сперва идет к горе (движется по горизонтали), потом отворачивает на горе камень (когда он идет один, то часто карабкается на гору с трудом), находит под камнем дыру в подземное царство, куда впоследствие братья спускаю его на веревке. Веревку традиционно режут, и герой шаманически блуждает по иному миру, творчески находя из него выход. Возвращается же он только потому, что совершенен нравственно и силен волей. По русской сказке, владения оружием от него нигде не требуется.
Еще раз отметим, что шаманизм интересен нам вместе со своей религиозной системой, предполагающей, что все проблемы людей могут быть решены не насилием, а работой духа.
В целом шаманизм дает выход из психического кризиса цивилизации, в которой лишенные эмоций и ярких переживаний индивиды крайне нуждаются в психотерапевтах. Радость жизни этих индивидов похищена до предела страстными, активными и ярко живущими персонажами рекламы. Шаманизм игнорирует рекламу, извлекает утраченные цвета жизни из нави, и снова возвращает их в явь.



Третья реальность


8. Западная цивилизация, окончательно сформулировав материалистическую философию, закрыла человечеству дорогу к волшебству и шаманизму. Попробуем вновь пробить ее посредством той же философии.
Материалистическая философия знает два вида реальности. Это реальность материального мира и реальность мира субъективного, который пребывает лишь в головах людей. Образы богов и духов, материализм понимает лишь как порождение сознания человека.
Все религии, и вся мировая традиция древности, молчаливо полагают, что помимо этих двух планов бытия: объективного и субъективного, существует, по крайней мере, еще один план, на котором живут боги и духи предков. Этот план не виден, геометрически он не обязан совпадать с нашим миром, но он есть. При этом если религия монотеистична, она понимает, что духи различных иерархий живут на различных планах бытия. Сами эти планы могут быть изображены в виде горизонталей, составляющих пирамиду. На верху пирамиды сидит главное божество, которое может пониматься как единственное.
Политеистическим религиям более свойственно видеть мир богов и духов единым планом, который мы понимаем как третью реальность, равноправно существующую вместе с объективной реальностью материи и субъективной реальностью разума. Единство третьей реальности означает, что иерархия богов и духов задана не изначально, по «рождению» их на таком-то небе, а возникла вследствие их творческой потенции.
В обыденной жизни шаман, через органы чувств, объединяет свой субъективный план с объективным. В этом он ничем не отличается от всех остальных людей. Во время камлания шаман отрешается от своих обычных чувств и обращает свой субъективный план к третьей реальности. В этой третьей реальности он действует так же активно, как и в объективном плане. Разница в том, что шаман имеет различное поведение, различные навыки и умения в плане объективном и плане третьей реальности. Искусство шамана состоит в умении работать с третьей реальностью.
Существование третьей реальности означает, что деятельность шамана не является обманом или видом истерии как это неизбежно следует из материалистической философии. Тем не менее, надо отметить, что граница между личным воображением человека и третьей реальностью менее выражена, чем граница между тем же воображением и объективным планом. Но дело здесь только в личном опыте шамана. Чем больше он работает с третьей реальностью, тем она четче и «реальней».
Тут уместно задуматься о раннем детстве, когда мы получаем первый опыт общения с материальным миром. Во-первых, ребенок плохо различает границу между этим миром и отражением его в своей голове. Во-вторых, он не задумывается об этом, не анализирует и не критикует свой опыт. Последнее очень важно. Когда взрослый человек, неожиданно для себя, сталкивается с третьей реальностью, он либо признает ее и верит в нее как малый ребенок, либо списывает ее на собственное воображение, либо превращает ее в комплекс — запрещает себе вспоминать о ней.
9. Конечно, доверяя своей фантазии, можно придумать чего угодно. Но если начинающий шаман вздумает относиться скептически к своему видению, он лишится права входа в третью реальность и как шаман не состоится.
Скептицизм всегда основан на знании. Отметим, что как наша субъективная реальность не знает всей реальности объективной, так и в третьей реальности не известно все о материальном плане. Этот факт исключает всесилие шамана или какого-то персонажа третьей реальности. Даже богам не все известно, и их возможности не безграничны. В мире вообще нет всесильной и всезнающей силы. В мире есть Нравственный Закон, по которому решается участь человека. И есть мировое дерево, удерживающее планы бытия и сам мир в равновесии. Мироздание в сумме всех трех планов бытия более похоже на живое существо, жизнь которого воспроизводится внутри него самого. В нем невозможно провозгласить свободу почек от желудка или независимость мышления от реакции мироздания. Именно поэтому, если скептик уже заранее знает, что чего-то ни в коем случае быть не может, то и мир третьей реальности отреагирует на это. Таковой человек, попадая в третью реальность, будет всякий раз попадать в замкнутую камеру, в которой действительно ничего нет.
Каким может быть критерий, обоснование того, что мы общались с третьей реальностью, а не со своими фантазиями? Во время камлания разум шамана приведен в высокую степень возбуждения, ибо он обязан обратить себя к новому чувственному инструменту, к другим чувствам, взамен пяти чувств, связывающих его с материальным миром. Эти дополнительные чувства, во время путешествия шамана порой кажутся ему теми же самыми — слухом, зрением, осязанием, обонянием. В действительности — они иные — как бы обновленные, и они не производятся его телесными органами чувств. В своем путешествии, шаман может слышать так далеко, как не слышит его телесное ухо. Или видеть то, куда не смогли бы заглянуть глаза. Кроме этого, шаман узнает мысли и побуждения духов, порой не спрашивая их об этом. Так же в шаманском путешествии причины и следствия событий могут хронологически переставляться, и вообще — в мире третьей реальности нарушаются законы известной нам науки. Где кончаются осязания и возможности шамана, а где начинается независящая от него треть реальность — оказывается до конца не ясным, и в конечном итоге не интересным для самой шаманской практики.
С другой стороны, признание третьей реальности вытекает из факта — из способности людей познавать новое. Начало познания — открытие нового не дается ни логической мыслью ни словами и понятиями уже существующими. Оно дается через откровение, чрез экстаз, через общение с третьей реальностью. И только после этой доставки откровенного знания в наш мир, начинается работа логики и аппарата науки. Они дают ответы на вопрос: относить ли это новое знание к науке или к числу ложных представлений. Третья реальность как духовная и значит, жизненная субстанция пронизывает весь мир и этим единит его.
По оценкам нашего сегодняшнего разума в познании нового без фантазии обойтись нельзя. Однако в традиционных культурах, роль этой фантазии всегда брал на себя миф, шаманская мифологема, которая содержит в себе вселенную третьей реальности. Древний разум фантазировал не случайным и хаотическим образом, а по законам и в границах своей этнической картины мира. Камлая, шаман чаще всего и поет песнь об этой мифологеме, настраивая себя на путешествие или вселение в нее.
Переходя в третью реальность, шаман начинает ощущать поток образов, который не контролируется его воображением. Однако при этом шаман контролирует свое отношение к этим образам, и поступает с ними по своему сознательному разумению.
Именно появление потока образов и является критерием входа в третью реальность. Этот поток образов сам по себе не требует от шамана никаких усилий. Воспринимается он лишь указанными обновленными чувствами, но далеко не всегда во всей их полноте. Это происходит в зависимости от того, какие обновленные чувства у шамана развиты лучше всего. Либо как внутреннее зрение и осязание пространства, либо как поток знания ниоткуда в аналитической или поэтической форме. Либо как звук, как осязание и может быть как запах.
Наиболее желанно для шамана видение и возможность перемещения, действия в пространстве третьей реальности. Однако осуществление такой возможности происходит далеко не у всех шаманов. Исследования шаманов Сибири показывает, что многие шаманы не могут совершить такого путешествия, потому, что так организовано их шестое чувство. Однако они стучат в бубен, поют и порой рассказывают о своем путешествии, потому, что этого требует этническая традиция. Они не отделяют себя от всего этого ритуала. Их способ общения с духами полноценен, но не предполагает иллюзорного полета с ними.



Душа и ее составляющие


10. Что именно, какая часть шамана совершает путешествия? Почему по одним рассказам, шаман во время путешествия лежит как мертвый, по другим — он продолжает стучать в бубен?
Если душа покидает тело шамана, то, стало быть, он остается мертв? Это совершенно логично с точки зрения человека монотеитической культуры. Но это не верно в рамках языческого понимания души человека.
Согласно языческим воззрениям, душа человека множественна. Это является принципиальным отличием от христианства. Благодаря этому факту, язычник мыслит и понимает мир иначе, чем христианин. Более того, язычник оказывается в сути своей уподобляется христианину, если считает, что его душа имеет единственное число и единожды живет на Земле.
Сегодня идея множественности души человека сохраняется в эзотерическом знании. Эзотерики говорят об астральном, ментальном, тонком и других телах человека, обычно при этом не упоминая о душе. Иначе говоря, эзотерики неявно и стыдливо умалчивают факт множественности души человека, собственно и не понимая масштаба сокрытой от самих себя истины.
Религия во многом опирается на представления о душе. И наоборот — представления о душе формируют религию. Монотеистическим религиям чрезвычайно важно, чтобы душа понималась так, как угодно единовластному богу: как единственная и неделимая (полностью принадлежащая Ему) божественная сущность, вне тела лишенная сил к сопротивлению.
Где-то до пятого века, христианство вынуждено было признавать идею о многократном воплощении душ. Эта идея была унаследована у античности, она жила, и с ней ничего нельзя было сделать. Однако, поскольку эта идея предполагает хоть какую-то свободу души, христианство искоренило эту идею, заменив ее идеей одноразового воплощения с полной ответственностью души за эту свою единственную жизнь.
В языческой картине мира, человек имеет много душ, или одна душа имеет много составляющих. По смерти человека, эти составляющие расходятся. И лишь одна из них потом может вновь воплотиться в потомке. Сибирские шаманы насчитывают до пяти душ в человеке. Выясним, какие душеные составляющие мы имеем.
11. Первое: наши мифы, наши волшебные сказки, говорят о тайне солидарности всякой живой твари. Т. е. в критические моменты все живое на Земли ощущает между собой далекое родство. И с другой стороны, именно душа — оживляет тело, заставляет его выполнять жизненные функции, до которых разум человека и не догадывается. Точно так же живым является и насекомое, и мох на камнях, и сами камни. Все это есть проявление первого уровня души — это первая ее составляющая. Назовем ее душой оживляющей.
Второй уровень души присущ человеку и высшим животным. Это душа чувственная. Это та ценность, которой Род отметил человечество. Чувственная душа исходит от Рода и восходит к Роду. В человеке чувственная душа отвечает за честность или лживость, сострадание или жестокость, за понимание или не понимание красоты и искусств, за веру (доверие), за любовь. Чувственная душа является главной в человеке. Ее изменение: ее облагораживание и воспитание, является очень сложным делом и требует времени всей жизни. Обычно успехи человека в этом деле оказываются незначительными, и заканчиваются известным философским выводом: «против натуры не попрешь». На старости лет, к высшим человеческим успехам, люди относят самовоспитание своей же чувственной души, хотя выражают это различными словами.
Достойная чувственная душа, по смерти человека, восходит к Роду, отдыхает в небесных кущах, и отдохнув, ниспадает вниз, в тела потомков своего рода.
Бывает и так, что человек впадает в безнравственность и портит свою душу. Если эта порча безнадежна, то душа не восходит к Роду, но отправляется в Пекло, где сгорает в пламени кузницы Чернобога. Чернобог враг чувственной души человека, ибо через нее Род забрал у него людей. Поэтому Чернобог с удовольствием сжигает души, но достаются ему лишь души выродков.
Вероятно, это было известно и в античном мире. Когда-то, по инерции, ранние христиане еще учили, что есть смерть тела, но есть и более страшное — смерть души.
Сожжение вырожденной души или наоборот: пребывание праведной души в Ирии — не есть награда или казнь за грехи плотской жизни. Это есть результат объективного хода вещей. Дело в том, что чувственная душа, или просто — душа, не осознает себя. И судить ее — это то же самое, что судить младенца.
Человеческое самосознание «я мыслю — значит я существую» — заключат в себе дух. Дух оказывается третьей духовной составляющей человека. Он может быть понят как волевая душа. Страх смерти переживает и преодолевает именно дух. Дух не вкладывается в человека Родом небесным. Основы его закладывает род земной: родители и учителя. Помимо них, дух медленно строится самим человеком или разрушается враждебными силами.
Дух — это память, самосознание, воля, мышление, планирование действий, скептицизм, оценка будущего результата. Человек раскрывает в себе свои способности через работу духа, но душа определяет масштаб этой работы, ее высшие достижения. В мозгу — душе более принадлежит правое, а духу — левое полушарие. Чувственная душа, в самых общих понятиях, несет в себе стратегические цели человеческого бытия. Дух — выбирает тактику их достижения и трудится над их словесной формулировкой. Здоровье и чувство счастья возникают при согласии духа с праведной душой.
Дух сознательно имеет нравственный критерий, только если находится в согласии с душой. Душа знает Нравственный Закон Рода, ибо сотворена им, и забывает его за редким исключением, если по каким-то не благоприятным причинам вырождается. То, как именно душа знает Нравственный Закон — является характеристикой земного рода человека, является характеристикой его пород.
Запись в душе Нравственного Закона является ее древнейшей характеристикой. Ее наследовали все люди, через жизнь которых проходила такая душа. По своему возрасту, душа может насчитывать десятки тысяч лет.
Наконец, четвертая душа человека — это странствующая душа. Сознательно человек редко обращается к этой своей душе, и она «платит» человеку тем же. Странствующая душа может даже не заметить смерть тела хозяина, или счесть это мало существенным явлением. В основном это созерцательная душа. Большую часть времени она и живет вне тела человека. Странствующая душа является во сне и рассказывает человеку о том, что делается в мире. Через странствующую душу люди отвлеченно созерцают мир, узнают новое, общаются с богами и духами, совершают шаманские путешествия. Чтобы управлять странствующей душой, шаману приходится напрягать волю, отвлекаться от потока реальности из объективного мира, привлекать странствующую душу внутрь себя, переключать на нее внимание — т. е. начинать воспринимать мир через нее.
У шаманов странствующая душа обучена общению с миром земным и миром духов. Шаман оставляет все свои остальные души спящими или наполовину спящими в теле, и отправляется в путешествие в странствующей душе. При этом, как указывалось, он замечает, что у него в этом путешествии меняется характер. Становятся другими чувства любви, страха, голода, восторга. Меняется и оценка, отношения к миру в целом. Т. е. странствующая душа — это так же сознательное, но иное выражение человека не то, которое обеспечивается духом.
12. Жаждущие бессмертия мистики иногда, через тренировки во сне, развивают в себе странствующую душу, дабы обрести общение с миром духов, и так не заметить смерть тела. Но странствующая душа затруднят обыденную жизнь человека. Поэтому человек, увеличивая контакт с миром духов, ослабляет связи с миром живых. Такой человек внешне начинает выглядеть невменяемым, больным и может непроизвольно впадать в состояния шаманского транса.
По смерти обычного человека, не практиковавшего шаманские путешествия, его сознание сохраняется его духе. Насколько человек был праведен, а дух его целен — настолько он и сохраняет себя как духовную сущность. Если дух был лжив и не склонен к самопознанию, то такой дух просто распадается на примитивные духовные составляющие. Последнее — есть смерть духа. Человек погибает не только в теле, но и в духе. Индивидуальность утрачивается, человеческое «Я» — исчезает как «угасает свеча». Такова посмертная участь всех лжецов, всех, кто корысти ради исходил из двойных стандартов.
Чистота помыслов, искренность в вере, согласие с душой, единство слова и дела, ведут к тому, что после смерти тела дух человека становится вечен. Он способен услыхать зов предков и приходить к ним на праздники и в целях оказать помощь. Только различным бытием духа и души после смерти, можно объяснить, что с одной стороны, по нашей вере, души вселяются в потомков, а с другой, духи предков беседуют с ними же — с потомками на кладбищах и принимают их дары. Соответственно посмертные переживания духа, ограниченны не только отсутствием телесных органов чувств, но и невозможностью вступить в диалог с собственной душой и осознать ее эмоциональные переживания. Без тела, дух сам по себе не видит и не слышит глазами и ушами. Но из опытов выхода духа из тел во время операций с анестезией, мы знаем, что дух все же чем-то компенсирует слух и зрение. Он начинает «видеть» то, куда не могут заглянуть глаза пациента с операционного стола и «слышит» то, чего обычное ухо не услышало бы. Впрочем, это же делает и блуждающая душа человека при его жизни.
В своем видении и слушании, дух умершего человека может ошибаться. Чтобы он до времени не вернулся в родной дом, тело покойника выносили не тем путем как люди ходят. Да и сказки изобилуют сюжетами, как мертвец, вышедший загрызть живого человека, оказывается им обманут — ему дают грызть кирпич или идут задом наперед от могилы — путают направление по которому надо идти в дом.
13. Заслуживающий внимания экстрасенс — Сафонов В. И. в своей книге «Несусветная реальность», Москва, 1990 г., стр.98, находит что дух после смерти человека остается способен к самосовершенству, как и при жизни. Исчезновение, гибель физического тела не меняет духовной природы того, кому оно принадлежало. От духа следует ожидать того же, что видели от живого человека.
Но Сафонов, хотя и способен вызывать странствующую душу человека, и диагностировать болезни или причины смерти по ее состоянию, остался материалистом. Он вынуждено считает, что вместо души у нас есть только информационный двойник — (странствующая душа) или информационная ячейка в ноосфере, в которой почем-то записывается вся информация о человеке и его теле. Согласно данным Сафронова, получается, что никто из живых людей не застрахован от того, что его странствующая душа будет вызвана каким-то магом и допрошена. И о нем узнают все без его ведома и согласия.
Аналогичного двойника изображали в Египте на барельефах. Он всегда стоит сзади человека. В самом человеке, по Сафонову, нет никакой души, кроме биокомпьютера, связанного со своей странствующей душой, которая одновременно есть часть глобального информационного банка — ноосферы Земли.
Наконец, традиция говорит, что душа по смерти человека может сбиться с родового кольца. Это случается, если человек погибает неправедно и не своевременно. Например, тонет в воде или замерзает, упивается водкой, гибнет в бессмысленной драке или его съедают звери. В этом случае душа попадает в иной круг, не тот, который организован для нее Родом. Такие души называются заложными (попавшими в заклад). В прошлом задача кудесников заключалась в том, чтобы не было заложных покойников, ибо тогда уменьшается число людей в роду. Именно это происходит сегодня на Руси. Потому кудесникам надо творить великие молитвы и вершить великое волхование, чтобы души, сгинувшие неправедно, во — грехе, были отпущены, отмыты Родом и возвращены во вновь рожденных детей.



Встреча с духами. Инициация


14. Чтобы стать шаманом, надо пройти инициацию. Проще говоря, испытать первое столкновение с миром духов, уцелеть и принять возможность управляемого контакта. Это необходимо, но не достаточно. Далее, шаман всю жизнь постигает мир духов и занимает в нем свое место. Это можно рассматривать как путь шамана. Каким будет этот путь, в значительной степени определяется характером первой встречи, характером инициации. Инициацию еще называют шаманской болезнью. Случится инициация или шаманская болезнь сама собой, или к этому приведут человека опытные шаманы — не суть важно.
Шаманская болезнь, вероятно, может иметь различные причины. Она является этнопсихологической болезнью, подобной пляске св. Витта или кликушеству. Современное общество таких болезней у человечества не признает и если лечит их, то только разведением по разным палатам. Поэтому остановимся на этом феномене чуть подробнее. Так, например, у народа коми есть форма сглаза — шева, которая так же является этнопсихологической болезнью. Она близка к шаманской инициации, поскольку при этом, человек ощущает в себе присутствие посторонней духовной сущности. У нас есть возможность описать шеву подробно на основе данных этнографии и опыта собственного общения с народом коми.
Говоря словосочетание «этнопсихологическая болезнь» мы подразумеваем, что есть специальные живые духовные образования — духи, возможности которых поддерживаются культурной традицией народа. Далеко не всегда эти духи служат народу на благо. Бывает, что такой болезнью народ мучает сам себя и ничего с этим поделать не может. Таково его духовное проклятие. Собственно, так чаще всего болеет и каждый индивидуум.
Итак, чтобы шаманская болезнь не казалась нам чем-то исключительным, опишем родственное ей явление — шеву. При этом мы, умышлено, с учебными целями, не будем указывать границ, где в этом явлении кончается медицинское и начинается социальное или, так сказать, фантастическое. На время забудем о возможности такого разделения вообще.
Представим себе гладкокожую нагую красавицу, которая в укромном месте кормит грудью существ, похожих на больших пиявок. Их по несколько штук приткнулось к каждому ее соску. Они толкаются, оспаривая места, где обильнее течет молоко. Другие, наевшиеся, ползают по ее телу. Это шевы. Рождаются они из расчлененного тела ящерицы, но с участием женщины. Как — до конца не ясно.
Насытившихся шев, женщина прилежно уложит в корзину с мягкой подстилкой, и спрячет. Ее жизнь зависит от жизни этих шев. Если корзину бросить в огонь — женщина почувствует себя горящей и умрет.
Пройдет несколько месяцев, и она укажет каждой шеве ее жертву. Шева попадает в тело через рот. Как всякая маргинальная сущность — она пребывает то в материальном обличии, то в невидимом — духовном.
Хотя шевы поражают в основном женщин, наши старообрядцы крестят рот при зевании, чтобы бес не заскочил. Мы понимаем, что такое объяснение — лишь профанация конкретной забытой сути. У коми заскакивает в рот шева, сидя на еде или питье вместе с волосками или соринками. Поэтому важно, чтобы пища была освящена и была чистой во всех отношениях. На поданное питье обычно дуют под предлогом — сдуть пену. Истинная сакральная суть такого дуновения в том, что оно сдувает шев и вообще все лишнее, что воде тайно сопутствует. Всякий раз, приготавливая пищу для гостей, хозяйке ни в коем случае нельзя сорить обрезками волос. Обнаружат гости в еде волос — скандал.
Изгнать шеву можно только на начальной стадии заселения. С течением времени, шева может вырасти до размеров стопы. Она надежно поселяется в организме, перемещается по его разделам, но предпочитает сидеть на диафрагме легких. Ее присутствие вполне ощутимо. Шева питается мышцами и жизненными силами организма. Через это поддерживает жизнь своей матери — кормилицы. Шева является ее телесным продолжением. Помня родство, шева отстаивает интересы своей матушки, так, что, поселяя в человеке шеву, можно до некоторой степени манипулировать им.
Качества шевы столь же разнообразны, как и качества человеческие. Шева может быть покладистой, но может быть и совершенно непредсказуемой и вредной. Может числить себя мужчиной или женщиной. Временами шева делает человека истеричным и не вменяемым. Или, например, шева мужского рода, сидя в женщине, требует вина и нецензурно выражается устами самой женщины. С другой стороны, шева может пророчествовать, когда ее носитель спит. К ней можно обращаться по ее имени, и она дает ответы на вопросы устами владельца, но другим голосом и другой интонацией.
Известны случаи победы человека над шевой, когда она навсегда перестает его беспокоить. Чаше всего для этого нужна помощь сведущего колдуна.
Добавим еще, что слово шева — принадлежит народу коми, но само явление — выращивание духов для запускания их на людей, имеет место и в русской волшебной практике. У нас шева называлась лярвой. О ней уже практически ничего не помнят, а зевая, рты крестят «чтоб бес не заскочил».
15. При всей материальности шевы, она есть образ этнописхологической болезни народа, над которой сам народ не властен. Такова же и шаманская болезнь. В основе ее так же лежит представление о приобретении инородных духовных сущностей. Но в традиции шамнических обществ будущий шаман обязан сам взять над духами власть. Если будущий шаман, например по малолетству, этого сделать не сможет, то он либо погибнет, либо станет душевно больным человеком. Точно так же дело обстоит и при передаче волшебного дара русскими колдунами. Сам этот «дар» характеризуется как шуты, черти, и т. д. Иначе говоря, дар оказывается пакетом духов.
В шаманической традиции выражен культ личного волевого начала. В ней нет комплекса покорности шеве, злому колдуну, и нет представления о том, что люди как бы разделяются на две категории: знающих — всесильных и не знающих. Там все люди в большей или меньшей степени равны, и все они знающие. В этом лежит корень социального отличия шаманической болезни от шевы. Шева (и близкое к нему кликушество) появляется там, где силен социальный гнет, а идея борьбы с ним кажется непосильной и преступной. В обществах, где процветают шева и кликушество, культовыми героем оказывается стоящий над народом колдун или добрый богатырь (царь, бог), защищающий безвольный народ.
В свободных обществах, как было указано, герои: охотник или первопроходец — люди, изначально имеющие те же возможности, что и другие члены племени. Они такие же, как и все. И только свершенные ими дела и добытые ценности (знания), делают их обладателями харизмы.
В исторической жизни Руси, такие социально по-разному ориентированные слои населения часто соседствовали друг с другом. Их концептуальные положения перемешивались в головах отдельных людей, и породили то, что мы называем русским сознанием, философией, мироощущением. Это особенно хорошо видно, например, из нашей сказки «Поди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что.» Герой сказки Андрей служит стрельцом у царя. Т. е. он подневольный служащий. С другой стороны, он охотник, который проводит пол жизни в лесу, где получает жену из мира лесных духов. Большую часть жизни он все же оказывается свободен от института власти.
Он же, по воле судьбы, оказывается первопроходец и открыватель неведомых истин. Его жена — его же дух-хранитель. Ему приходится совершить вполне шаманический полет в мир нави, и выйти оттуда с волшебными дарами. Он же устраивает революцию: посредством добытого в странствиях волшебства свергает неправедного царя и облегчает жизнь народу.
Так в русском сознании перемешана шаманическая традиция, лесная магия и стремление с их помощью разрешить проблемы страны и народа. Не случайно во всяком государственном лидере мы склонны видеть харизматическую фигуру. Наш лидер должен демонстрировать свою принадлежность к народу. Но он же должен быть способен и на большее, чем обычный человек. Мы ставим лидеру в упрек, если он ведет себя уж очень сермяжно, как человек слишком обыкновенный.
Таким классическим народным лидером был Степан Разин. А официальная государственная власть, по высказанному в волшебных сказках мнению, убога, и страдает элементарными пороками в самой развитой форме. В утонченности разврата действительной исторической власти, народ разбираться никогда не хотел.
Отвлекаясь еще в сторону социального аспекта, надо сказать, что шаманизм как форма проявления человеческой воли снизу, оказывается конфликтен со всякой официальной властью. Поэтому не случайно, в указанной выше сказке, власть хочет погубить охотника. Обличая власть, сказка говорит, что царь и министр ведут себя приземлено, не имеют никакой харизмы, и потому теряют власть как недостойные.
Всякая власть стремится охватить людей не только данью (повинностями и налогами), но и своим духом, идеологией. Шаман же, борясь с приходящими духами, и подчиняя их себе, станет бороться и с духом чуждой ему власти. Потому шаман, для всякой эксплуататорской социальной надстройки, неприемлем и нетерпим. Шаман признает только родовые законы. Он автоматически оказывается врагом всякой нарождающейся государственности, которая это чувствует, старается его уничтожить и стереть память о нем.
16. Итак, перейдем собственно к шаманской болезни. Распространено мнение, что перед тем, как стать шаманом, человек должен претерпеть эту болезнь. Она как бы запускает всю его дальнейшую деятельность. Трудно сказать, является ли это действительно обязательным условием стать шаманом?
В Сибири она протекает примерно одинаково. Это внезапное ощущение слабости, дурноты, зевоты, тяжести в груди, дрожи. При этом человек не находит себе место и оказывается не способным ни к какой работе.
Этот комплекс неприятных ощущений может так же бесследно прекратиться, как и начаться. В случае обострения, начинается озноб, человек может издавать неясные звуки, быстро вращать глазами, активно двигаться, крутиться, пока не упадет в судорогах.
По Алтайским представлениям, если в это время дать человеку бубен, то он начнет камлать, после чего придет в нормальное состояние. При этом согласно одним шаманским культурам, человек становится шаманом сразу, после того как перенес болезнь. Учить его, после этого, ничему не надо. Он уже все знает, к нему все, что надо пришло. Болезнь оказывается кризисом посвящения и просвещения одновременно, (традиция хантов).
По другим представлениям, человека готовят к болезни, и после ее преодоления уже считают шаманом, но учат, передают опыт. Делает это местный шаман, который одновременно дядя или более дальний родственник неофита.
Традиция не может быть ошибочной. Очевидно, в одном случае, необходимые для шаманской практики знания уже содержатся в культуре и мифологии народа, и созревший шаман должен только правильно применить их. Во втором случае, значительный объем знаний оказывается как бы специальным, в общенародной среде он не бытует, поэтому должен быть передан через обучение.
В наше время, шаманскую болезнь принято называть приступом истерии или шизофрении. По внешним признакам ее относят и к эпилептическому припадку, но суть этой болезни все же не во внешних признаках, не в припадке, а в изменении сознания.
Представляется, что оценка шаманской болезни как истерия или шизофрения — есть грубая клиническая оценка. Она напрочь исключает какую либо этнопсихологическую основу болезни. Наша современная медицина залечивает такого человека медикаментами и внушает ему соответствующий комплекс неполноценности. Известно, что чем более активно протекает такой приступ, тем эффективнее его лечение и преодоление самим больным.
Люди с тихой шизофренией лечению почти не поддаются, они обречены быть обузой для родных, общества и самих себя. Вероятно им не хватает именно того волевого импульса, который есть у буйных, у которых приступ протекает активно. Вообще же наше общество не ориентировано на возможность того, что больной может и должен сам преодолеть свое собственное психическое расстройство. Считается, что если человек «сошел с ума», то поправить его может только психушка. И ничего хорошего от этого лечения ждать нельзя, в любом случае человек после лечения будет не лучше, чем был.
Эта же клиническая картина в шаманической культуре рассматривается совершенно иначе. Она понимается как приход духов, которые требуют от человека взять на себя задачу исполнять волю предков.
Поскольку эта обязанность психически тяжела, и выбивает человека из привычного круга жизни, то далеко не каждый берет ее добровольно и с радостью. У тех народов, которые сохранили шаманизм как осознанное явление, нет такого обостренного чувства самоутверждения и стремления к исключительности, какое встречается у нас или на Западе. Там шаман не есть некое исключительное чудо. Там каждый человек немножко шаман, и носитель шаманической культуры. И отношение там к шаману примерно такое же, как у нас к художнику или певцу: поешь, рисуешь, и ладно.
Скачать книгу полностью:
Dar_shamanizma_-_dar_volhovaniya.txt [560,71 Kb] (cкачиваний: 91)




Рекомендуем также: